Чернышевский Н. Г. Что делать?
Как действующее лицо Рахметов появляется в главе «Осо­бенный человек». В других главах его имя только упоминает­ся. Но чувствуется, что этот образ поставлен в центр внима­ния читателя, что Рахметов — главный герой романа «Что делать?». Глава «Особенный человек» образует как бы малень­кую самостоятельную повесть в романе, идея которого не будет без нее полной и понятной.

Рассказывая о Рахметове, Чернышевский умышленно сдви­гает временной порядок фактов и не дает определенно после­довательной характеристики и биографии. Он использует на­меки и недомолвки, переплетая то, что о нем «знали» с тем, что «узнали» впоследствии. Поэтому каждый штрих биогра­фии имеет принципиальное значение. Например, происхожде­ние. Действительно, почему разночинец Чернышевский делает главным героем социально-политического романа дворянина, родословная которого уходит вглубь веков? Возможно, по мысли писателя, образ революционера-дворянина делал идею революции более убедительной и привлекательной. Раз луч­шие представители дворянства отказываются от своих приви­легий жить за счет народа, кризис назрел.

Перерождение Рахметова началось в ранней юности. Семья его была, очевидно, крепостническая. Об этом говорит скупая фраза: «Да и видел он, что в деревне». Наблюдая жестокости крепостнического права, юноша стал размышлять о справедливости. «Мысли стали бродить в нем, и Кирсанов был для него тем, что Лопухов для Веры Павловны». В первый вечер он «жадно слушал Кирсанова, прерывал его восклицаниями и проклятиями тому, что должно погибнуть, благословениями тому, что должно жить».

Рахметов отличается от Лопухова и Кирсанова не только своей аристократической родословной, но и исключительной силой характера, которая проявляется в постоянной закалке тела и духа, но особенно в поглощенности делом подготовки к революционной борьбе. Это человек идеи в самом высоком смысле слова. Мечта о революции для Рахметова — руковод­ство к действию, ориентир всей личной жизни.
Ярко проявляется в Рахметове стремление к сближе­нию с простыми людьми. Это видно из его путешествия но России, занятий физическим трудом, сурового самоограничения в личной жизни. Народ прозвал Рахметова Никитушкой Ломовым, выражая этим свою любовь к нему. В отличие от разночинца Базарова, который снисходительно разговаривал с «толстобородыми» мужиками, дворянин Рахметов смотрит на народ не как массу, подлежащую изучению. Для него народ достоин уважения. Он пытается испытать хоть часть той тяжести, которая ложится на мужицкие плечи.

Рахметов Чернышевского показан как человек «очень редкой», «особой породы», но в то же время как лицо типи­ческое, принадлежащее к новой общественной группе, хотя и немногочисленной. Писатель наделил «особенного человека» суровой требовательностью к себе и другим и даже мрачной внешностью. Вера Павловна сначала находит его «очень скуч­ным», «Лопухов и Кирсанов, и все, не боявшиеся никого и ничего, чувствовали перед ним по временам и некоторую трусоватость... кроме Маши и равнявшихся ей или превосхо­дивших ее простотой души и платья». Но Вера Павловна, узнав поближе Рахметова, говорит о нем: «...какой это не­жный и добрый человек».

Рахметов — человек, который никогда и ни в чем не отступает от принятых правил поведения. Он готовит себя к революционной борьбе и морально, и физически. Проспав ночь на гвоздях, он объясняет свой поступок, широко и радос­тно улыбаясь: «Проба. Нужно. Неправдоподобно, конечно: однако на всякий случай нужно. Вижу могу». Таким, навер­ное, Чернышевский видел вождя революционеров. На вопрос «что делать?» Николай Гаврилович отвечает образом Рахмето­ва и говорит: «Вот подлинный человек, который особенно нужен теперь России, берите с него пример и, кто может и в силах, следуйте по его пути, ибо это и есть единственный для вас путь, который может привести к желанной цели».

Образ Рахметова оказал огромное влияние на последую­щие поколения русских и зарубежных революционеров. Об этом говорят признания этих людей, что их «любимец был в особенности Рахметов».

Мне нравится Рахметов. Он обладает теми качествами, которых не хватает Базарову. Я восхищаюсь его упорством, волей, выносливостью, умением подчинять свою жизнь из­бранному идеалу, смелостью, силой. Мне хочется хоть немно­го быть похожим на Рахметова.